Добавь сайт в закладки нажми CTRL+D
В годы Великой Отечественной войны советские женщины делали все, чтобы приблизить нашу общую Победу. Они трудились на заводах, воспитывали детей, вели подпольную работу на оккупированных территориях, сражались в партизанских отрядах и в регулярных частях Красной армии, разили фашистов метким снайперским огнем, выносили раненых из-под обстрелов. Их вклад в разгром нацизма сложно переоценить.
Но среди советских граждан были и те, кто решил сотрудничать с нацистами, чтобы выжить. Были среди этих перебежчиков и женщины. И если от мужчин-предателей нацисты требовали службы в карательных подразделениях и полицейских батальонах, то женщины нужны были им совсем по другим причинам. Среди этих причин были не только готовка и уборка.
Среди девушек, которые добровольно или под тяжестью обстоятельств решили служить нацистам была и жительница Краснодара по имени Тамара. Сама по себе она была бы ничем не примечательна. Ну да, была арестована нацистами во время облавы. Чтобы избежать расстрела, согласилась прислуживать эсэсовцу и начальнику 10-а зонедркоманды Курту Кристману. После войны была осуждена и отбыв срок вернулась на малую родину, где жила дальше свою обычную жизнь.
Ни в каких массовых казнях и уничтожении людей Тамара замешана не была, в отличие от какой-нибудь Антонины Макаровой (Тонька-пулеметчица), поэтому к расстрелу ее никто не приговаривал. Да и налысо, как во Франции за связь с немцами не брили. Однако примечательна она тем, что в начале 60-х годов с ней записал интервью советский публицист Лев Владимирович Гинзбург и включил его в свою книгу «Бездна».
Когда Тамара попала в руки к нацистам ей было всего восемнадцать лет. Произошло это, как уже было сказано выше, во время одной из облав. Тамару завели в кабинет к начальнику зондеркоманды. Она так описывала этого человека: «Чувствовалось, что он — начальник, потому что перед ним выклацывали по стойке «смирно», как псы… Он посмотрел на меня и что-то сказал переводчику, я не поняла, и меня отправили в подвал, в одиночную камеру, совершенно без света, цементный пол…»
В этой камере она провела около десяти дней. Потом ее вновь вызвали в кабинет к Кристману. Возможно, что все это время нацист выбирал себе «служанку» из числа арестованных. Потом решил посмотреть, кто из них согласиться ему прислуживать. Когда Тамара вновь вошла к нему в кабинет, то немец сразу рассказал, чего хочет:
Видите, таких, как вы, мы расстреливаем, но мы благородные люди, можем с вами поступить иначе, если вы согласитесь работать с нами… (Источник: РуБалтик. «Наложница нациста Томка»: как предательница «обслуживала» эсэсовца Кристмана в Краснодаре)
Девушка не очень долго думала над решением: «была не была, черт с вами, там поглядим, как я буду работать».
Немец подселил девушку к себе в комнату. И, конечно же, сделал это не просто так. Тамара должна была не просто мыть и убирать за фрицем:
И тут-то началось ухаживание — век бы его не видеть….Каждый вечер он приходил ко мне, я женщина, мне об этом рассказывать неловко, но слушайте. Придет он ко мне, прижмется, притулится, а когда дело доходит до основного — раздевайся догола (это у них принято), обцелует, обмилует, а потом ни то ни се… Он, конечно, свое удовольствие делал, но по-скотски, не так, как люди… (Источник: Гинзбург Л.В. Бездна. — М.: Советский писатель, 1967.)
При этом в своих воспоминаниях Тамара рассказывает, что фашист относился к ней не как к женщине, а просто как к объекту. Никогда не спрашивал как дела, никогда не делал никаких подарков, даже «не было никакого угощения, чтоб выпить или сладости». Да и немец не особо скрывал, что у него в Германии есть жена и маленькая дочь. К советским людям нацист относился как к расходному материалу:
Кристман поехал в деревню на операцию, взял двух девочек, поиздевался над ними и расстрелял. Вообще расстреливали они почем зря, даже своих не жалели. (там же)
С этим преступником Тамара прожила в Краснодаре до февраля 1943 года. Затем советские войска начали теснить немцев и те отступили сперва на Камышанскую, а потом дальше. По ее воспоминаниям было такое ощущение, что все бегущие и отступающие фашисты понимали, что за все придется ответить, поэтому единственным выходом для них было удирать. Да и предатели работавшие на немцев пребывали не самом лучшем расположении духа. Один из них сказал Тамаре «Ну, Томка, достанется нам здесь. Кристман и высшие офицеры улетят на самолете, а нас всех, как рыбочек, схватят»
Однако на тот момент Тамаре удалось избежать наказания. Утром, вместе с другим немцем Бруно и двумя официантками, она выехала из Камышанской. После этого Кристман оставил ее. Затем было люблинское СД, Майданек, Ченстохов, Германия, поход через Югославию в Италию. В конечном итоге Тамару взяли в плен итальянские партизаны и отправили в лагерь. Через какое-то время она решила вернуться на Родину в СССР, где и получила срок за сотрудничество с нацистами. После отбытия срока ее отпустили.
Что касается эсэсовца Кристмана, то он впоследствии был назначен начальником отделения гестапо в Клагенфурте, затем в Кобленце, где служил до конца войны. После войны он смог избежать наказания и спрятался в Аргентине. В 1956 году вернулся в ФРГ и организовал фирму по продаже недвижимости, став одним из богатейших жителей города:
ИЗ СТАТЬИ СОБСТВЕННОГО КОРРЕСПОНДЕНТА
ГАЗЕТЫ «ТРУД» В БОННЕ — А. ГРИГОРЬЯНЦА…
Поднимаюсь на лифте, вхожу в приемную. За пишущими машинками две молодые дамы. Налево в открытую дверь видны столы служащих. Направо — кабинет шефа. Солидная контора.
Секретарша докладывает. Вхожу к шефу. Навстречу спешит маленький человек с длинным лицом и мясистыми торчащими ушами…
— Не вы ли Курт Кристман, бывший начальник зондеркоманды СС 10-а?
— Нет, я такого не знаю.
— Вы были в России?
— Был, но солдатом…
Смотрит прямо в глаза, ни тени волнения, спокоен и уверен. В следующее мгновение засыпает меня вопросами: откуда я знаю Кристмана, какие имеются доказательства его виновности, сообщила ли мне что-нибудь о Кристмане прокуратура?
Выражает «сожаление», что был в СССР как оккупант. Переходит к своим коммерческим делам: все прекрасно, конъюнктура отличная. Население Мюнхена растет, спрос на жилье огромный…
Покидаю контору процветающего дельца. Пересекаю Штахус и… иду в прокуратуру. Прошу, наконец, определенно сказать, какова сегодняшняя профессия Курта Кристмана, бывшего оберштурмбанфюрера СС.
— Маклер по недвижимому имуществу. Земельные участки, дома, квартиры…
В 1974 году его арестовали. Однако Кристман смог предоставить следствию справку о тяжкой болезни и уголовная палата отказалась начинать судебный процесс в связи с «долговременной неспособностью обвиняемого участвовать в судебном разбирательстве». Однако сотрудники полиции смогли заснять, как Кристман бегает по утрам и прекрасно плавает в собственном бассейне. В итоге в 1979 году нацист был вновь арестован.
На суде нацист уверял, что не уничтожал мирных жителей, а казнил только шпионов и партизан, что по его мнению должно было служить смягчающим обстоятельством. В результате в 1980 году его приговорили к десяти годам. Этот приговор подвергли критике даже в самой ФРГ, как слишком мягкий. Но даже этот срок нацистский преступник не отбыл до конца. В декабре 1985 года его досрочно освободили. Ну а в 1987 году он умер.
Нельзя сказать, что этот нацистский палач получил по заслугам. Но по крайней мере общественность и окружающие его люди узнали, кем на самом деле являлся этот преступник. Может быть, это не так много. Но иногда правда становится оружием пострашнее любых сроков и тюрем.
Поделись видео:
