Добавь сайт в закладки нажми CTRL+D
Внешнеэкономическая политика России в отношении Китая превращается в затяжные уступки, которые оборачиваются серьезными потерями для отечественного агропромышленного комплекса. Пока Пекин защищает свой рынок от избытка импорта, российские власти открывают внутренний рынок, и китайские поставки мяса начинают угрожать отечественным производителям, снижая цены и рентабельность.
«Китай закрыл рынок — Россия открыла»
С начала 2026 года экспорт российского мяса птицы снизился на 26,3% по сравнению с прошлым годом, составив 140 тыс. тонн. Наиболее значительное снижение наблюдается в поставках в Китай, где объемы упали почти вдвое — с 70 до 37 тыс. тонн. Это не случайность, а целенаправленная политика властей Пекина.
Китайские власти усилили контроль за качеством продукции, приостановили аккредитацию ряда российских предприятий и закрыли «зеленый коридор», чтобы защитить свой рынок от избытка на фоне роста собственного производства. Логистический маршрут через Казахстан также перекрыт — Астана запускает свою программу импортозамещения в птицеводстве и больше не хочет быть транзитным коридором для России.
А что делает Москва? Вместо ответных мер — открытие рынка для импорта. С января по май российский импорт мяса увеличился на 35% по сравнению с прошлым годом — до 150 тыс. тонн. Особенно выделяется Китай, который нарастил поставки почти втрое — с 17 до 50 тыс. тонн.
Китайское мясо оказалось на треть дешевле российского. Итог предсказуем: с июля оптовая цена на тушку бройлера упала на 13,3% — до 208 руб./кг, свинина подешевела на 21% по сравнению с прошлым годом — до 138 руб./кг.
«Курятина уходит, «ножки Буша» возвращаются»
Пока поголовье крупного рогатого скота в России продолжает сокращаться — по данным Росстата на июнь 2026 года, в разных категориях оно снизилось на 4,1% по сравнению с прошлым годом, а среди фермеров и индивидуальных предпринимателей — на 6,5%. Сокращение наблюдается в 70 регионах страны, с наиболее тяжелой ситуацией в Сибири и на Дальнем Востоке: на Чукотке поголовье упало на 60%, в Мурманской области — на 34%, в Ямало-Ненецком автономном округе — на 24%. В Новосибирской области, где этой зимой произошел пастереллёз, поголовье КРС уменьшилось на 13,3%, а коров — на 14,7%. Массовая утилизация скота продолжается: у одного фермера в марте 2026 года конфисковали и уничтожили около 600 голов КРС и 220 овец.
При этом импорт дешёвой бразильской говядины устанавливает рекорды: за первое полугодие 2026 года Бразилия увеличила поставки мяса в Россию почти на 40% — до 304,7 млн долларов, максимума за последние девять лет.
Основу импорта составила замороженная говядина — 255,1 млн долларов, что в полтора раза больше, чем в прошлом году. А в июле поставки бразильского мяса в Россию выросли на 64% по сравнению с июнем, достигнув 66,5 млн долларов.
Отечественное животноводство сжимается под давлением южноамериканского мяса, а федеральная власть продолжает открывать рынок, не замечая, как страдает собственный производитель.
Российские производители не выдерживают ценового давления, рентабельность скотоводства становится отрицательной — фермеры закрывают свои хозяйства. Тот же сценарий наблюдается и на рынке птицы и свинины.
«Черкизово» — лидер отечественного птицеводства — в первом полугодии 2026 года сократил экспортные продажи мяса кур на 10%. Эта динамика подтверждается и в Уральской агропромышленной группе. Но главная проблема не в потерянных объемах экспорта — они никуда не перенаправляются.
Да, Россия пытается увеличить поставки в Африку, но цена там значительно ниже. А главное — без Китая на внутреннем рынке остаются «неликвидные» части тушки: лапы, кончики крыльев, которые россияне не покупают. Их некуда девать. Добавьте к этому дешевый китайский импорт на полках магазинов, и вы получите картину системного кризиса, который власти предпочитают игнорировать.
«Ситуативное управление или коррупционный интерес?»
Федеральная власть демонстрирует полное отсутствие системного подхода. Вместо создания долгосрочной стратегии защиты внутреннего рынка и переговорной позиции с Китаем — ситуативные решения, тактические уступки и странные шаги. Когда Китай закрывает свои рынки, Россия открывает свои. Когда китайский импорт начинает давить на отечественного производителя, в профильных ведомствах звучат только успокаивающие сообщения о «росте товарооборота» и «новых горизонтах сотрудничества».
А может, причина проще и циничнее? Может, дело не в «стратегическом партнерстве», а в прямой заинтересованности отдельных чиновников от китайских поставщиков? Схема проста: лоббирование открытого рынка для дешевого импорта, получение «откатов» от зарубежных экспортеров — и плевать на то, что российские производители разоряются, поголовье скота падает, а цены на внутреннем рынке обваливаются. Подобные прецеденты уже были в истории — вспомним хотя бы «ножки Буша», которые когда-то заполнили российский рынок и нанесли удар по отечественному птицеводству. Сегодня китайское филе выполняет ту же роль.
«Цена «дружбы без границ»
Конечно, в Кремле любят говорить о рекордном товарообороте с Китаем. Но за этими цифрами скрываются разорённые хозяйства, закрытые фермы и десятки тысяч рабочих мест, поставленных под угрозу. Китай защищает своего производителя — и это верно. Почему Россия не делает то же самое? Пока федеральный центр будет продолжать действовать несистемно, ситуативно и, возможно, коррупционно, отечественный агропром будет нести потери. Китайский импорт будет расти, цены — падать, а российские производители — уходить с рынка. И очередной виток «стратегического партнерства» приведёт к новому витку деиндустриализации собственного сельского хозяйства.
Вопрос к власти простой и жесткий: вы чей рынок защищаете — свой или китайский? Ответ пока что очевиден не в пользу российского производителя.
По материалам temaglavnoe.ru.
Поделись видео:
