Добавь сайт в закладки нажми CTRL+D
Вы когда-нибудь думали о том, что война — это не только про взрывы, ордена и героическую смерть? Иногда это про… переезд. Причём такой, что обратного пути нет. Я вот на днях наткнулась на историю, от которой у меня одновременно челюсть отвисла и бровь поползла вверх. Оказывается, после Афганской войны не все наши солдаты вернулись домой. Некоторые, попав в плен, приняли ислам, женились на местных, завели по шесть детей и теперь работают таксистами в Кандагаре. И знаете что? Они счастливы. Или делают вид. Давайте разбираться, потому что тема щекотливая, а выводы — неожиданные.
Для начала — сухие цифры. За время афганской кампании в плен попали 417 советских военнослужащих. Большинство обменяли или вызволили. Но четверо — нет. Четверо остались добровольно. И это не какие-то отморозки, а живые люди с биографиями, от которых у нормального человека начинается лёгкое головокружение.
Возьмём Сергея Краснопёрова из Кургана. Парень отслужил почти два года и в 1985-м просто сбежал из части. Причём не один раз, а трижды пытался уйти к афганцам. Сослуживцы говорят: то ли боялся трибунала за продажу военного имущества, то ли просто не срослось с коллективом. Попал к полевому командиру Саттару, принял ислам, стал Нурмамадом, чинил оружие моджахедам. Его женили на местной девушке. Сейчас ему 54, у него шестеро детей, работает на двух работах и зарабатывает 1200 долларов в месяц. По афганским меркам — олигарх. В Россию возвращаться не хочет: «Родных там не осталось, а здесь я уважаем». Мать приезжала к нему в 90-х, но после её смерти связь оборвалась.
Дальше — веселее. Геннадий Цевма и Александр Левенец, оба из Донецкой области. Попали в плен в 1983 году, оба приняли ислам, женились, завели детей. Цевма, ставший Никмохамматом, работал шофёром при талибах. Несколько лет назад он приезжал на Украину, навестил могилы родителей… и вернулся обратно. Потому что там — семья. А Левенец, он же Ахмад, стал таксистом, совершил хадж, стал истовым мусульманином и заявил: «Мой дом теперь здесь». Узнав о смерти матери и брата, он просто оборвал все контакты. Жёстко, но честно.
Но самый колоритный персонаж — Николай Выродов. Прослужил всего три месяца и дезертировал. По его словам, после того как его подразделение устроило карательную операцию против мирного кишлака. Принял ислам, стал Насратуллой, воевал против своих, занимался подрывным делом. Входил в личную охрану самого Гульбетдина Хекматияра — это не шутки. За ним охотилась армейская разведка, но нашли его в 1996-м сотрудники Комитета по делам воинов-интернационалистов. Выродов даже приезжал в Харьков, но… вернулся обратно. Сейчас работает в полиции, получает пожизненную пенсию. Когда журналистка «Московского комсомольца» спросила его о возвращении на родину, он разозлился и ушёл от ответа. Видимо, за ним числится такое, что даже амнистия не спасёт.
И вот сидишь и думаешь: как так? Воевали за Родину, а остались у тех, с кем воевали. Это предательство или осознанный выбор взрослых людей? С одной стороны, дезертирство и сотрудничество с врагом — это статья. С другой — посмотрите на их жизнь. У них семьи, работа, уважение. В Афганистане они свои. А дома что? Мать умерла, брат умер, квартиры нет, работы нет. Или, как в случае с Выродовым, — тюрьма.
Я, конечно, человек сугубо гражданский и от воинского долга далека, но история этих четырёх парней заставила меня задуматься. Война ломает судьбы, но иногда — перекраивает их на новый лад. Мы привыкли видеть в «афганцах» героев или жертв. А тут — люди, которые просто… выбрали другую жизнь. Пусть даже ценой всего, что было раньше. И знаете, меня не покидает ощущение, что они не проиграли. Они просто сыграли по другим правилам. Хотя если честно, я бы на их месте всё-таки подумала: а нормально ли, что твои внуки будут молиться Аллаху и считать Россию врагом? Но это уже совсем другая история. И, пожалуй, не моя.
Поделись видео: