У волгоградца была задолженность и унаследованная квартира. Теперь жилья у него нет — собственником стал экс-судебный пристав-исполнитель. По словам мужчины, приобрести недвижимость удалось «удачно»: торги проводились при участии действующего пристава, которого он называет знакомым покупателя.

В одном из районов Волгограда произошла запутанная и вызывающая тревогу история на стыке наследственных вопросов, долгов и сомнительных действий представителей госструктур. Случай привлёк внимание горожан и СМИ.

После смерти матери в 2021 году мужчина официально вступил в наследство и оформил на себя её однокомнатную квартиру в центре. Вместе с жильём ему перешёл и долг по кредитной карте — около 80 тысяч рублей. Поскольку наследник был один, обязательство по погашению задолженности легло на него в полном соответствии с законом.

— Квартира стояла пустая, я там не жил, — объясняет Андрей. — Я живу в частном доме, думал позже переехать в квартиру, а дом оставить сыну. Долг был небольшой, просто не сразу занялся им вплотную.

Некоторое время, по его словам, ни банк, ни приставы не проявляли активного интереса, поэтому мужчина был уверен, что постепенно закроет «наследственный» долг без серьёзных последствий.

Но в июне 2023 года всё резко изменилось. Проверяя счёт, Андрей неожиданно увидел крупные поступления: сначала около миллиона рублей, затем — ещё примерно полтора. Испугавшись возможного мошенничества, он обратился в банк и только там понял: деньги поступили как выручка от продажи его квартиры. Как позже выяснилось, жильё реализовали через торги по линии службы судебных приставов.

Мужчина утверждает, что о наложении ареста и подготовке продажи его никто заранее не уведомлял. Не было ни бумажных писем, ни звонков, ни СМС. Позднее он нашёл лишь одно электронное уведомление на портале Госуслуг, которым, по его словам, практически не пользовался.

Андрей считает, что отсутствие нормального уведомления могло быть не случайностью: так у него не осталось возможности вовремя отреагировать — закрыть задолженность, обжаловать действия приставов или подключить юристов.

Отдельное возмущение вызвал покупатель квартиры. Победителем торгов, по словам мужчины, стал бывший сотрудник ФССП. При этом цена, по которой квартира ушла, оказалась минимальной — около 2,5 млн рублей, тогда как аналогичные объекты в этом районе стоят, по оценкам Андрея, не менее 4 млн. Такая разница, считает он, выглядит подозрительно и может указывать на возможный сговор.

Сейчас мужчина не намерен оставлять ситуацию без борьбы. Он направил обращения в Следственный комитет, прокуратуру и городскую администрацию, собирает документы и иные подтверждения возможных нарушений. История получила публичность — о ней пишут журналисты, обсуждают соседи и знакомые.

Цель Андрея — добиться пересмотра результатов торгов и возвращения квартиры либо, как минимум, компенсации понесённого ущерба.

Прокуратура уже начала проверку. В ведомстве подчёркивают: случаи, когда недвижимость продаётся в ускоренном порядке из‑за сравнительно небольших долгов, а к покупке причастны бывшие сотрудники ФССП, требуют повышенного внимания.

Юристы, в свою очередь, отмечают, что подобные ситуации в последнее время встречаются всё чаще: из‑за формального подхода к уведомлениям и процедурных нюансов люди могут лишиться жилья из‑за небольших сумм задолженности, а имущество нередко уходит с торгов заметно ниже рыночной стоимости.