Добавь сайт в закладки нажми CTRL+D
Ранние годы
Его семья отнюдь не бедствовала — отец, лорд Рэндольф Черчилль, был видным политиком, — однако мальчик остро страдал от недостатка родительского тепла. Поглощённые карьерой, светской жизнью и управлением состоянием, отец и мать доверили воспитание Уинстона и его брата няне. Школьные годы также не стали безоблачными. Рыжие волосы сделали его мишенью для насмешек, подарив обидное прозвище «Медноголовый».
Нобелевский триумф
В 1953 году Уинстон Черчилль был удостоен этой престижнейшей международной награды. Однако премия вручалась ему не за миротворческие усилия, а за литературные заслуги. Черчилль был страстным историком и автором множества трудов. Поначалу перо служило ему способом пополнения кошелька — крупного наследства он не получил. Всемирную славу принесли работы о мировых войнах и истории Британии. Формулировка Нобелевского комитета гласила: «за высокое мастерство произведений исторического и биографического характера, а также за блестящее ораторское искусство, с помощью которого отстаивались высшие человеческие ценности».
Агент Её Величества
В 1895 году молодой второй лейтенант Уинстон страстно жаждал отправиться на Кубу, дабы воочию наблюдать за столкновением испанских войск с местными повстанцами. Армейское начальство не одобряло поездку своего офицера даже в роли наблюдателя. Черчилль симпатизировал испанцам, стремясь изучить их тактику борьбы с партизанами, в то время как британское общество поддерживало восставших. Задействовав личные связи, Уинстон выхлопотал отпуск, оговорив, что путешествие — его частная инициатива. Армия снимала с себя всякую ответственность за его жизнь. Однако британская разведка ловко воспользовалась ситуацией, поручив Черчиллю и его товарищу собрать разноплановые сведения, включая данные о новом ракетном оружии испанцев. По имеющимся данным, с этой тайной миссией он справился блестяще.
Осада на Сидни-стрит
2 января 1911 года полиция взяла в кольцо лондонский дом, где укрывалась банда анархистов, причастных к серии ограблений и убийств. Министр внутренних дел Уинстон Черчилль принял решение лично наблюдать за операцией. Хорошо вооружённые преступники оказали яростное сопротивление, забаррикадировавшись и открыв шквальный огонь. С санкции Черчилля к месту событий были стянуты армейские подразделения, действия которых привели к возгоранию здания. Когда пожарные попытались вмешаться, Черчилль остановил их, фактически позволив двум осаждённым анархистам сгореть заживо. Этот поступок вызвал шквал критики: его осуждали не только за жестокую расправу — которую он оправдывал нежеланием рисковать жизнями полицейских, — но и за безрассудное присутствие высокопоставленного чиновника в эпицентре перестрелки.
Слёзы исполина
Неудивительно, что человек, нёсший на своих плечах груз ответственности военного премьера, порой испытывал сильнейшие эмоции. Однако Черчилль плакал часто и совершенно не стыдился этого. Слёзы вызывали самые разные события: кончина супруги и дочери, собственное назначение на пост премьер-министра, картины военных разрушений, биржевой крах 1929 года, встреча с солдатами перед высадкой в Нормандии (говорят, он заплакал, осознав, что слишком стар, чтобы отправиться с ними), капитуляция Франции, перемирие в Первой мировой, известия о морских трагедиях — например, гибель судна «Атения», первой британской потери на море во Второй мировой, — смерть Франклина Рузвельта. Он прослезился и после завершения знаменитой Ялтинской конференции.
Легендарные пристрастия
О его любви к алкоголю и сигарам слагали легенды, с ними связана уйма историй и знаменитых афоризмов вроде: «Я не могу жить без шампанского. В победе я заслуживаю его, в поражении — нуждаюсь в нём». Однажды его мать, пытавшаяся бороться с пагубной привычкой, заключила с ним пари на пистолет и лошадь, что он не будет курить полгода. Черчилль пари выиграл и немедленно вернулся к сигарам. Он был единственным, кому фельдмаршал Монтгомери разрешал курить в своём присутствии, а один из сортов сигар позже был назван в его честь.
Политическая карьера: взлёты и падения
Путь Черчилля в большой политике был отмечен не только триумфами, но и чередой громких провалов и виртуозных переходов между партиями. Начав как консерватор, он в 1904 году переметнулся к либералам, разочаровавшись в протекционизме тори, а спустя два десятилетия, после заката либералов, вернулся в Консервативную партию, что многие сочли беспринципностью. Его политическая проницательность часто была двойственной: он одним из первых разглядел угрозу нацизма, но при этом яростно отстаивал Британскую империю и скептически относился к движению за независимость Индии, называя Ганди «полуголым факиром». Его жёсткость во время всеобщей забастовки 1926 года и катастрофическая кампания в Галлиполи в Первую мировую, стоившая тысяч жизней, надолго запятнали его репутацию. Лишь в 1940 году, в час величайшей опасности для нации, его несгибаемая воля, пламенное красноречие и решимость сражаться оказались тем самым спасительным коктейлем, в котором отчаянно нуждалась страна.
Мир вне политики
За пределами политполей и литературного труда у Черчилля царили живопись и каменная кладка. К масляным краскам он прикоснулся в 40 лет, пытаясь укротить приступы депрессии — своего «чёрного пса», — и в итоге создал сотни полотен, преимущественно пейзажей. Он даже выставлялся под псевдонимом, опасаясь, что слава политика повлияет на оценку критиков. Другим необычным увлечением было строительство: в своём загородном имении Чартвелл он собственноручно, с парой помощников, возводил кирпичные стены, садовые террасы и пруды, находя в физическом труде отдохновение для ума. Он также обожал своих питомцев: пуделей, кошек, овец и даже ручных лебедей. Особую нежность он питал к рыжему карликовому пуделю по кличке Руфус.
Остроумие и союзники
Черчилль славился своим отточенным, как клинок, языком и язвительным остроумием, которое он обращал как на противников, так и на соратников. Клемента Эттли он называл «овцой в овечьей шкуре», а о пацифистском коллеге язвил: «Если он случайно попадёт в рай, то непременно потребует священного митинга в защиту грешников, обитающих в аду». Его отношения с королевской семьёй, особенно с королём Георгом VI, были сложными, но выросли в глубокое взаимное уважение. При этом Черчилль позволял себе вольности: известен случай, когда он вёл беседу с монархом, нежась в ванной. Среди мировых лидеров его самым важным и непростым союзником был Франклин Рузвельт — их отношения балансировали между искренней дружбой и жёстким торгом в интересах Британии. С Иосифом Сталиным он общался с прагматичной прямотой, однажды подняв тост за «пролетарский интернационализм», который, по его словам, позволил русскому народу «разбить нацистскую военную машину».
Закат и наследие
Поражение на выборах 1945 года, в самый момент триумфа над Германией, не заставило его уйти. Речь о «Железном занавесе», произнесённая в Фултоне в 1946 году, стала манифестом начавшейся Холодной войны. В 1951 году он вновь возглавил правительство, но его здоровье и энергия уже клонились к закату. Он окончательно оставил пост в 1955 году. Последнее десятилетие жизни провёл преимущественно в Чартвелле, предаваясь живописи, работе над мемуарами и приёму многочисленных гостей. Несмотря на серию инсультов, его ум оставался острым. Он скончался 24 января 1965 года в возрасте 90 лет. Его государственные похороны, первые за десятилетия для человека не королевской крови, превратились в грандиозную церемонию, собравшую лидеров со всего мира и миллионы скорбящих британцев, выстроившихся вдоль улиц, чтобы проводить его в последний путь. Сегодня он остаётся символом несгибаемой воли, блестящего слова и противоречивой, но титанической личности, навсегда вписанной в скрижали мировой истории.
Поделись видео: