Добавь сайт в закладки нажми CTRL+D
Историю эту я нашёл на сайте anaga.ru, где собраны самые невероятные рассказы про войну, да ещё и те, кто тексты готовил, снабжают их самыми нелепыми и абсолютно безграмотными подробностями.
Сайт уже прекратил существование, но явно не потому, что искажал нашу историю и оскорблял память людей, героически за Родину сражавшихся.
Суть заголовка в том, что за день до самого крупного встречного танкового сражения Второй Мировой войны, в котором 5-я гвардейская танковая армия генерала Ротмистрова нанесла сокрушительное поражение немецким войскам и остановила их наступление, сержант Михаил Борисов в одиночку подбил семь немецких «Тигров» и остановил немецкое наступление на Прохоровку. Сначала бой вела батарея, но из 28 человек вскоре остался один командир расчёта Борисов. Прекратил бой он лишь когда было ранен, а немцы повернули обратно. За что и был представлен к званию Героя, правда через полгода.
Правда в прилагаемом к статье наградном листе указано, что Борисов был комсоргом, но это мелочи.
Удивило, что так мало танков сержант подбил — обычно на этом сайте меньше, чем про десять не пишут. Не мог пройти мимо фразы:
О подвиге Борисова узнали и немцы, и он, в числе других наших героев, был объявлен личным врагом фюрера.
Но особенно интересно в этой истории то, что после войны Михаил Борисов стал писателем и выпустил 25 сборников стихов. Искать его стихи я не стал, зато без труда нашёл его рассказ о том, как сам он воевал. Где было внушительное изложение того самого боя от 11 июля 1943 года со множеством деталей. А прочитать не просто чей-то пересказ, а в изложении непосредственного главного героя, согласитесь, очень интересно. Уж раз Борисов остался один из всей батареи, то кто лучше него может знать, как всё было.
Правда, читая рассказанное Борисовым, возникают некоторые… гм… моменты сомнения. Например, про немецкого танкиста, который грозил ему кулаком. Немного странно и то, что весь этот бой лично наблюдал сам командир 2-го танкового корпуса генерал Попов, да ещё и отправил лично начальника политотдела Щукина спасать комсорга батареи.
Я решил посмотреть, что интересного говорят документы. День 11 июля 1943 года вообще мало изучен.
В этот день наступление вела немецкая дивизия СС «Мёртвая голова». Собственно, её целью было форсирование реки Псёл и дальнейшее наступление севернее, но при этом и в сторону Прохоровки немцы продвинулись. На этом направлении в бой вступил 2-й танковый корпус. 11 июля в бой вступила незадействованная ещё 58-я мотострелковая бригада. Наши войска не удержались на занимаемых позициях, понесли потери и вынуждены были отойти в сторону Прохоровки. Однако, немцы в этом направлении больших сил не имели, сосредоточившись на захвате плацдарма на северном берегу реки Псёл.
В 58-й бригаде было на 10 июля 3180 человек, на 13 июля осталось 2356. Из 12 76-мм пушек артиллерийского дивизиона осталось 9, то есть за два дня потеряно три орудия. Хотя из рассказа про Борисова следует, что погибла вся батарея. Кроме того, сказано:
С этой целью 3-я танковая дивизия СС «Totenkopf» бригадефюрера СС Макса Зимона расширила плацдарм на северном берегу реки Псёл, сумев переправить на него 3-й танковый полк, чтобы нанести фланговый удар по советским танковым силам.
Однако на пути этого полка встала одна батарея из состава 58-й мотострелковой бригады подполковника Болдырева из состава 2-го танкового корпуса генерал-майора Попова.
В составе этой батареи на должности командира расчёта служил сержант Михаил Борисов.
Однако, 2-й танковый корпус (а не одна батарея) прикрывали движение в сторону Прохоровки, и никак форсированию помешать не могли.
По поводу боя можно посмотреть документы:
В целом, можно говорить о том, что немцы поставленные задачи выполнили, Псёл форсировали. Надо помнить, что они знали о подходе советских резервов (5-й гвардейской танковой и 5-й гвардейской армий) и готовились к отражению нашего контрудара, поэтому задачей было на тот момент занятие удобных позиций, а не продвижение. И увы, можно сказать, что действия 2-го танкового корпуса существенно помешать немцам не смогли.
Теперь про подбитые танки.
Согласно сводке 2-го танкового корпуса от 7.00 12 июля 1943 года, немцам были нанесены следующие потери:
- 99-я танковая бригада — подбито и сожжено 3 тяжёлых, 6 средних и 2 лёгких танка;
- 26-я танковая бригада — уничтожено и сожжено 18 танков;
- 169-я танковая бригада — уничтожено и сожжено 2 танка;
- 58-я мотострелковая бригада — подбито и сожжено 9 танков.
То есть всего получается, что только 2-й танковый корпус подбил и уничтожил за 11 июля 40 немецких танков из дивизии СС «Мёртвая голова».
Немцы же сообщают о том, что подбито в тот день было 3 танка Pz.IV, уничтожено 3 20-мм и 1 37-мм зенитные пушки. Конечно, могли быть и небольшие повреждения, которые исправлялись прямо на поле боя или танки эвакуировались, но восстанавливались за пару часов — гусеницу перебило, двигатель заглох, трансмиссия полетела от попадания снаряда или ещё что-то. Подобные случаи в сводку не попадали.
Давайте мы не поленимся и посмотрим документы немецкие.
Если посмотреть сводки, то дивизия СС «Мёртвая голова» имела на вечер 10 июля 48 Pz.III, 28 Pz.IV, 2 Pz.VI, 5 Bef.Pz, 21 StuG III и 11 7.5 cm Sf.Pak Marder.
Дивизия СС «Мёртвая голова» имела на вечер 11 июля 54 Pz.III, 30 Pz.IV, 10 Pz.VI, 7 Bef.Pz, 21 StuG III и 11 7.5 cm Sf.Pak Marder.
Видим увеличение на 6 Pz.III, 2 Pz.IV и 8 Pz.VI. В тот день из ремонта возвращены 6 Pz.III, 2 Bef.Pz, 5 Pz.IV и 8 Pz.VI. Получаем разницу в 3 танка Pz.IV.
В любом случае говорить о потерях половины танков — это чересчур, впрочем, данные о потерях противника надо всегда смело делить на двое или больше.
А ещё тут стоит процитировать как раз самого Михаила Борисова:
Это был мой 8-й танк, но его мне не зачли. Зачли и оплатили только семь. Ведь тогда за подбитый танк платили 500 рублей.
Деньги лишними никому не бывают и на войне, а деньги немаленькие. Так что написать про лишний танк мало кто откажется. Надо ещё не забывать, что реальное поле боя сильно отличается от картинки в батальном кинематографе, и на сама деле в сражении видно не так всё хорошо, как некоторым кажется. Поэтому даже по объективным причинам донесения о подбитых танках и самолётах бывают завышены (о причинах не раз писал, не буду тут повторяться).
По поводу же истории с Борисовым, у меня сложилось такое впечатление, что наверняка была какая-то газета, в которой напечатали рассказ, который и послужил основой написанного в наградном листе. Искать эту газету я даже и пытаться не стал, непосильный труд в рамках статьи, но аналогичные случаи можно приводить десятками. Начиная от «панфиловцев» у Дубосекова. Сначала появляется заметка в полковой или дивизионной газете, в которой редактор старается показать, что и в его части героев хватает. Если статья получается удачная, то её потом армейская газета перепечатает, а там глядишь и до «Красной звезды» дойдёт. А когда уже на всю страну рассказано, то не наградить героев публикации просто нельзя. Особенно если посмертно. Правда, потом бывает ещё и выясняется, что кто-то жив, как с лейтенантом Широниным, о котором я много раз писал.
Про самого Михаила Борисова мне более всего интересно, как он сам относился к тому, что рассказывает про войну. Я приведу несколько цитат, которые особо «понравились»:
В Ворошиловградской области я в первый и единственный раз увидел психическую атаку немцев. Не как в фильме «Чапаев» — там шли плечом к плечу, а тут шло три цепи и у них всё-таки между солдатами было полметра расстояния. Это было дико…
***
Посмотрел, а на нас с правого фланга по глубокому снегу в полный рост идёт цепь немецкой пехоты.
***
…видим, низко-низко, мимо нас летит немецкий биплан «Хеншель», как мы тогда их называли. Ну, все давай по нему палить. Он пошёл на снижение и плюхнулся. Мы — к нему. Одна пуля в него попала и та прямо в сердце лётчику! На втором сидении съёжился, как нам потом сказали, майор разведотдела какой-то немецкой части.
Словом, всё это напоминает больше фронтовые байки, чем реальные рассказы о войне. Конечно, писатель имеет право на художественный вымысел, но, тогда уж и относиться надо как к вымыслу, а не принимать за чистую монету.
Поделись видео: