Спасут ли роботы Украину

На днях ВСУ опубликовали кадры операции, которая, по задумке, должна была испугать Россию и впечатлить спонсоров киевского режима.

На берег Кинбурнской косы – северо-западной части Кинбурнского полуострова в Николаевской области, занятого русской армией, с борта безэкипажного катера высадился наземный робототехнический комплекс (НРТК) и куда-то пострелял из пулемёта. Дальнейшая судьба робота осталась за кадром. До сих пор неясно, вернулся ли он обратно или так и остался гулять по косе. Возможно, в скором времени его уничтожат или он будет найден нашими бойцами с севшим аккумулятором. Или же НРТК добьют FPV-дроном его побратимы, как это часто бывает с украинскими солдатами, пытающимися сдаться в плен.

Столкнувшись с острым дефицитом личного состава, украинское командование пытается заменить роботами людей на фронте, а пропаганда стремится преподнести это как очередное вундерваффе, способное изменить баланс сил и принести долгожданную перемогу. Русская армия тоже не отстаёт от прогресса в этом деле, наращивая производство и применение собственных НРТК. Наземные дроны используются обеими сторонами всё активнее, и многие наблюдатели конфликта задаются вопросом: действительно ли роботы способны заменить собой живого человеческого солдата на передовой?

Для начала рассмотрим основные классы и области применения НРТК:

Логистические. Чаще всего, обе стороны применяют роботов в виде дистанционно управляемых тележек для доставки боеприпасов и прочих грузов, а также эвакуации раненых. Реалии текущего конфликта таковы, что обилие беспилотников в небе превратило линию фронта в обширную «серую зону», а пути подвоза в «дороги смерти». Этим объясняется как медленное продвижение наступающей стороны, так и относительно невысокие потери, по сравнению с затяжными позиционными войнами прошлого века.

Загрузить колонну машин и отправить на снабжение передовых подразделений стало практически невыполнимой задачей. Удачно проскочить мимо «стены» дронов сейчас могут только сверхмалые группы пехоты или небольшие самоходные тележки, которые, к тому же, не так жалко потерять. Зачастую эти тележки становятся также и транспортом для небольшой группы бойцов. Медленным, но более безопасным транспортом, потому что с невысокой открытой платформы гораздо проще соскочить при виде атакующего дрона, чем вылезти из любой машины.

Вместе с тем, логистические НРТК ограничены в скорости, объёме и массе груза. Их автономность ограничена зарядом аккумулятора или объёмом топливного бака. Проходимость снижена малыми габаритами и мощностью двигателя. Обзор для оператора ограничен низким профилем машины, поэтому их зачастую приходится «вести» с помощью воздушного дрона. Устойчивость связи с аппаратом зависит от рельефа местности и может нарушаться работой средств РЭБ противника.

Тем не менее, логистика остаётся наиболее удачной областью применения НРТК. В этом деле роботы всё активнее заменяют собой человека.

Инженерные. Следующей по эффективности областью применения НРТК можно считать сапёрное дело. Специализированные роботы с несопоставимо меньшим риском справляются со многими задачами по минированию и разминированию местности, а также, частично, с разрушением препятствий. Но их основные проблемы остаются теми же: низкая проходимость, ограниченный обзор, неустойчивая связь, уязвимость к РЭБ, ограничения по времени и дальности применения. Однако, в отличие от человека, робот не знает усталости и страха. Но и не владеет всей полнотой обстановки, не может самостоятельно оценивать угрозы и принимать решения. НРТК не в состоянии полностью заменить живого сапёра, но может служить полезным инструментом в его руках.

Боевые. НРТК всё чаще стали применяться в боевых операциях. Обе стороны оборудуют свои платформы пулемётами, гранатомётами, миномётами, мелкокалиберными ракетными системами залпового огня и даже средствами ПВО. Так же, как и с вышеперечисленными функциями, боевая конфигурация наземных дронов помогает избегать излишнего риска для жизни личного состава. Робота можно отправить туда, куда подразделение не рискнёт пойти своими ногами. Но их фундаментальные ограничения не меняются. Даже самая неглубокая траншея становится непреодолимым препятствием для аппарата, а боезапас такого юнита крайне ограничен. Самостоятельно перезаряжать магазин они ещё не умеют. Также как и во всей полноте оценивать тактическую обстановку. Робот видит только то, что передаёт камера. А уровень его бронезащиты несравним даже с бронёй самой лёгкой боевой машины.

Украинцы периодически распространяют постановочные видео о том, как их НРТК ведёт бой с БМП или берёт в плен русских солдат. Однако рассчитаны эти «перемоги» только на самых легковерных граждан, и как показывают видео с нашей стороны, обычный FPV-дрон для боевого НРТК на сегодняшний день является непосильным противником. Как и в случае с сапёрными роботами, боевые НРТК пока не могут заменить солдата, но могут выступать в качестве дополнительной части спланированной операции.

Разведка и связь. Теоретически, со своей высоты управляемая наземная платформа может заметить то, что не заметно летающему дрону. НРТК могут также применяться для корректировки огня, постановки дымовых завес и отвлечения противника. Иногда их оборудуют ретрансляторами для увеличения дальности действия воздушных беспилотников. Об ограничениях и препятствиях в их работе уже говорилось выше.

Таким образом, опыт войны на Украине показывает, что НРТК уже стали важным элементом современного поля боя. Они способны существенно снизить потери личного состава при выполнении отдельных задач, но доступный уровень технологий пока не позволяет рассматривать их как полноценную замену пехоте. В обозримой перспективе наземные робототехнические комплексы будут не вытеснять солдата, а дополнять его, взяв на себя часть наиболее опасных, рутинных и специализированных функций. А террористическое украинское государство им, как и любым другим вундервафлям, всё равно не спасти.