Добавь сайт в закладки! Инструкция по ссылке.
Возможно, вас удивит тот факт, что Альберт Эйнштейн был номинирован на Нобелевскую премию по физике более 60 раз в период с 1910 по 1922 год.
Его предлагали наградить за объяснение фотоэлектрического эффекта с помощью квантов света, за теорию броуновского движения как доказательство реальности атомов, за вклад в квантовую теорию излучения и даже за легендарное соотношение с массой и скоростью света в квадрате. Само собой, была среди этих теорий и легендарная теория относительности, причём сразу в двух её формах (как вместе, так и по отдельности).
Эти номинации поступали не от сторонних людей, а от великих физиков того времени. Среди них были такие известные ученые, как Макс Планк, Мария Кюри, Хендрик Лоренц и Нильс Бор. Но Эйнштейн так и не получил Нобелевскую премию за теорию относительности.
В чём же причина? Неужели теория, которая сегодня стала базой для множества открытий и осмысления самых сложных процессов не достойна была быть отмечена премией?
Теория относительности безусловно произвела революцию в физике, но для своего времени она была слишком радикальной. Эйнштейн опирался на абстрактные постулаты без прямого их экспериментального доказательства. Это бросило вызов самому Ньютону, что многим не понравилось.
Теория считалась недоказанной и спорной. Сложная математика и ограниченное количество экспериментальных доказательств обеспечивали постоянный скептицизм. Ну а сами доказательства по сути исходили из факта «мне кажется, что оно так». По сути это чуть ли не дословное определение принципа эквивалентности в легендарном мысленном эксперименте в лифте, где человек не может отличить гравитацию от движения или его отсутствия.
В действительности же, в 1921 году Эйнштейн был главным кандидатом на Нобелевскую премию за свою теорию относительности, но комитет разделился во мнениях.
Олвар Гуллстранд, член Нобелевского комитета и сам лауреат Нобелевской премии, выступал против теорий относительности Эйнштейна и повлиял на решение не присуждать Нобелевскую премию по этой теории. Он утверждал, что теория относительности — это спекулятивная метафизика, а не физика. Увы, подобные идеи витают в воздухе и сегодня. Думаю, что в комментариях сейчас тоже начнётся примерно такой же разговор (однако, сегодня у нас уже достаточно данных, чтобы сказать про изменение хода времени и прочие особенности явлений, а потому пустая критика не имеет смысла).
Комитет, не желая присуждать Нобелевскую премию по теории относительности, но не в силах игнорировать влияние Эйнштейна, полностью отказался присудить премию в 1921 году. Впрочем, в том году никто её так и не получил.
Лишь в следующем году было решено присудить Эйнштейну премию 1921 года. Но не за теорию относительности, которая значима для всей науки, а за фотоэлектрический эффект, как «политически безопасный» выбор.
Даже после этого Эйнштейна продолжали номинировать за его различные достижения (включая теорию относительности). Однако комитет по-прежнему проявлял нерешительность.
Теория относительности оказалась для Нобелевского комитета слишком опасной — не потому что была ошибочной, а потому что ломала саму интуицию реальности.
Она утверждала, что время течёт по-разному, пространство может искривляться, а одновременность — иллюзия. В начале XX века это звучало не как физика, а как философия, замаскированная под уравнения. Нобелевский комитет требовал «открытия, доказанного экспериментом», а относительность долго жила в зоне, где формулы были безупречны, а прямых измерений мало. Даже когда в 1919 году наблюдения солнечного затмения подтвердили искривление света, часть академиков сочла результат слишком косвенным и зависящим от интерпретации. Для Нобеля это был, как сегодня модно говорить, красный флаг.
В итоге Эйнштейн стал жертвой собственного масштаба. Его теория меняла не отдельный эффект, а само представление о мире, а за такое Нобеля тогда не давали. Комитет предпочёл безопасный фотоэффект. Его можно было включить в лаборатории, измерить в цифрах и использовать в приборах.
Так возник парадокс истории науки — человек, переписавший законы пространства и времени, получил Нобелевскую премию не за революцию, а за эффект, который укладывался в инструкцию к эксперименту. Во многом этот подход и сегодня имеет место.
Поделись видео: