Добавь сайт в закладки нажми CTRL+D
Когда вы думаете о самых дорогих подарках в истории, что приходит в голову? Бриллианты? Золото? Дворцы? А вот князья Древней Руси готовы были отдать за одну птицу столько, сколько стоили три чистокровных скакуна.
Речь о соколе — вернее, о белом кречете, который ценился дороже боевого коня и становился инструментом большой политики. За кражу такой птицы в некоторых странах могли лишить жизни.
Птица за три коня: экономика престижа
Представьте: один сокол = три элитных жеребца. Когда конь — и средство передвижения и боевой товарищ и символ статуса! Звучит как бред?
Для средневековой элиты это была суровая реальность. Соколиная охота на Руси стала не просто развлечением, а показателем статуса (еще больше чем конь и доспехи!), дипломатической валютой и даже предметом государственной тайны.
Кречет — самый крупный и редкий вид сокола. Кречет обитал в Арктике и лесотундре Северной Евразии. Для русских охотников основными местами добычи были берега Белого моря и северная Сибирь
Добыть его было непросто, обучить — ещё сложнее.
Обученный сокол мог охотиться на крупную дичь — журавлей, гусей, глухарей. Это было недоступно обычным ястребам, которые специализировались на мелкой добыче. Кречет атаковал с высоты до 300 метров, пикируя на жертву с такой скоростью, что охота превращалась в зрелищное шоу. Для князя или царя это был вовсе не способ добыть пропитание, а демонстрация власти и мастерства.
Сокол охотился «с верхом», поднимаясь на 300 метров и пикируя вниз. Ястреб работал «в угон», преследуя добычу на небольшой высоте. Сокол демонстрировал охоту, видимую издалека. Это было шоу, а не просто добыча пропитания.
История соколиной охоты на Руси уходит корнями в IX век. Летописи утверждают, что первый соколиный двор построил в Киеве князь Олег. С тех пор охота с соколами стала неотъемлемой частью жизни русской знати. В «Слове о полку Игореве» воинов князя Игоря называют соколами, а врагов-половцев — воронами. Символика прозрачна: сокол — это благородство, сила и быстрота.
3000 птиц и голубиный налог
Настоящий расцвет соколиной охоты пришёлся на время царя Алексея Михайловича (1629–1676). Этот монарх был буквально одержим охотой с ловчими птицами.
Английский врач при царском дворе Сэмюэль Коллинз писал:
«Забава его состоит в соколиной и псовой охоте. Он содержит больше трёхсот смотрителей за соколами и имеет лучших кречетов в свете».
Цифры поражают. При Алексее Михайловиче в крепостях Коломенского и Семёновского держали более 3000 охотничьих птиц — соколов, кречетов, ястребов. За каждой птицей ухаживал специально обученный персонал: сокольники, подсокольники, клобучные мастера, птичьи стрелки.
Царь знал имя каждой своей птицы и лично придумывал им названия. Выезжал на охоту дважды в день — до обеда и после. Когда возвращался, устраивал шумные застолья со своей охотничьей свитой. Это была не просто охота, а образ жизни.
Для содержания царских соколов создали целую хозяйственную инфраструктуру. Птиц кормили строго по расписанию говяжьим или бараньим мясом. Рядом держали голубиный двор на 100 тысяч (!) гнёзд.
И вот самое интересное: крестьяне ближайших селений несли «голубиную повинность» — обязанность выращивать голубей для царских соколов.
Сокольники носили роскошные костюмы: красные кафтаны с вышитыми двуглавыми орлами, сапоги из красного сафьяна, богато декорированные перчатки. Это была настоящая служебная форма, указывающая на принадлежность к высочайшим слоям придворной иерархии. Стоил такой наряд недёшево — атлас или сукно для кафтана, бархат и соболя для шапки, кожа и сафьян для сапог.
Как долго учили сокола на Руси
Обучение сокола занимало до 60 дней интенсивной работы. Весь процесс разделялся на пять этапов: вынашивание (привыкание к человеку через лишение сна и голода в течение 3–10 дней), привыкание к окружению (25 дней ежедневных прогулок и социализации), обучение полёту и возврату на руку (до 20 дней), притравка по живой дичи (5–14 дней) и, наконец, разгон на вабило — специальный тренировочный макет птицы для охоты с верхом. Каждый этап требовал минимум 3 часов ежедневной работы и постоянного контроля веса птицы — это был главный инструмент управления её поведением и охотничьим инстинктом.
Сокольник должен был знать язык тела птицы, уметь определить её настроение по малейшему движению головы, понимать, когда она готова лететь, а когда её лучше оставить в покое. Самое сложное — поддержание рабочего веса, при котором птица активна и слушается хозяина, но не истощена. Это требовало математической точности, наблюдательности и интуиции одновременно.
Дипломатическая валюта: птицы вместо золота
Соколы и кречеты служили инструментом внешней политики. В государства, зависимые от Москвы, направляли кречетов-«презенты» в знак поощрения. Равным по силе княжествам дарили дары.
Случалось, что птица погибала в дороге. Но посольство всё равно передавало крылья и голову сокола — парадокс, но это тоже считалось подарком!
Москвичи хранили в строгой тайне места добычи кречетов. На вопрос иностранцев «где ловится такая превосходная птица?» следовал стандартный ответ:
«Во владениях нашего великого государя».
На самом деле основные территории — Заволжье, Печора, Урал, Сибирь, берега Белого моря. Доставка птиц происходила по особым правилам, нарушение которых сурово наказывалось.
Сокольники получали от царя не только зарплату, но и земельные владения. Согласно грамоте 1507 года, они освобождались от повинностей и выплачивали лишь налог полтора рубля в год «за соколы». Всех сокольников царь одаривал поместьями, у них были свои вотчины и крестьяне. Княжеская охота на Руси была выгодной службой.
Смертная казнь? Не на Руси!
Кстати, в Европе за кражу сокола могли….казнить. Настолько он был ценен. У нас на Руси в то время казнили редко — людьми не разбрасывались. Но штраф был высоким.
В древнейшем своде русских законов — «Русской Правде» Ярослава Мудрого — кража сокола каралась штрафом в 3 гривны. Столько же платили за украденного коня.
Зато в Англии при короле Эдуарде III (1327–1377) дела обстояли иначе. Кража дрессированного ястреба или сокола каралась смертью. Охотничья птица воспринималась как королевская собственность, и посягательство на неё приравнивалось к государственному преступлению. В Австрии XV века просто за разорение гнезда дикого сокола крестьян могли ослепить или лишить всего имущества. Европейские законы о соколиной охоте не шутили.
Почему сокол был символом власти
В славянской мифологии сокол олицетворял боевую мощь. Образ падающего на добычу сокола был священным тотемом и изображался на символах русских князей Рюриковичей. Существует версия, что само имя Рюрика происходит от названия сокола (Ререк).
Царская соколиная охота стала феноменом, соединившим практическую охоту, дипломатию, искусство и философию. Это было делом государственной важности и глубоко личной страстью Алексея Михайловича.
А вот его сын Петр Первый равнодушен к соколиной охоте и ею не увлекался. Когда он был юношей, бояре пытались отвлечь его от потешного войска и флота, приглашая на охоту с соколами, но безуспешно.
Пётр полностью переориентировал интересы русской элиты на флот и военное дело. Традиция прервалась.
В общем-то, наверное, и к лучшему — России тогда надо было строить свою сильную армию и не размениваться по мелочам. Но это не отменяет ее красивой истории и символизма у наших предков.
Поделись видео:
