Добавь сайт в закладки! Инструкция по ссылке.
Верховный суд РФ дал значимое разъяснение по конфликту между цессионарием и заемщиком: если кредитор направляет требование о досрочном возврате всей суммы, меняется порядок определения срока исковой давности. Отсчет ведется с даты такого требования, а не с момента возникновения просрочки по каждому отдельному ежемесячному платежу.
Компания «Тэгома» подала иск к Лидии Пономаревой о взыскании 675 тыс. рублей. Основанием послужил кредитный договор 2015 года, заключенный между заемщицей и ЗАО АКБ «Русславбанк». По условиям договора банк предоставил 266 тыс. рублей под 27,5% годовых со сроком возврата до июня 2020 года.
В 2016 году «Русславбанк» был признан банкротом, а полномочия конкурсного управляющего перешли к Агентству по страхованию вкладов. В ноябре 2018 года АСВ, действуя от имени банка, уступило права требования по этому кредиту ООО «Тэгома».
14 декабря 2018 года новый кредитор уведомил Пономареву о переходе прав и одновременно потребовал погасить задолженность полностью. Ответа от должницы не последовало.
В марте 2022 года «Тэгома» обратилась в суд. Бабушкинский районный суд Москвы удовлетворил иск в полном объеме, однако Мосгорсуд пересмотрел решение и отменил его частично.
Суды апелляционной и кассационной инстанций применили исковую давность к каждому платежу отдельно. Поскольку иск поступил 23 марта 2022 года, они посчитали, что по взносам, подлежащим оплате до 23 марта 2019 года, срок давности уже истек.
В результате с Лидии Пономаревой взыскали лишь 296 тыс. рублей — задолженность за период с 23 марта 2019 года по 31 декабря 2021 года, а также проценты, начисляемые с 1 января 2022 года до момента фактического погашения.
После этого «Тэгома» обжаловала судебные акты в Верховном суде РФ. Судебная коллегия по гражданским делам указала на ошибку нижестоящих судов при определении начала течения срока давности. Ключевым обстоятельством стало направленное должнице 14 декабря 2018 года требование о досрочном возврате всей суммы кредита.
Коллегия напомнила, что по п. 2 ст. 811 ГК РФ при нарушении срока внесения очередного платежа кредитор вправе потребовать досрочного возврата всего долга. С момента предъявления такого требования меняется срок исполнения обязательства, а значит, и исковая давность должна исчисляться с даты направления требования о досрочном погашении, а не «по частям» — по каждому просроченному платежу.
В рассматриваемой ситуации требование было направлено 14 декабря 2018 года, а иск подан 23 марта 2022 года, то есть трехлетний срок не истек. Апелляция и кассация этот момент не учли.
Кроме того, ВС РФ подтвердил позицию, изложенную в Постановлении Пленума № 43 от 29 сентября 2015 года: уступка права требования сама по себе не влияет на течение срока исковой давности — он определяется с момента, когда первоначальный кредитор узнал или должен был узнать о нарушении.
В итоге Верховный суд отменил решения апелляционной и кассационной инстанций и направил дело № 5-КГ25-172-К2 на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
Поделись видео:
