Как Трамп и его команда пытаются скрыть крупнейший провал США за последнее время

Мы являемся свидетелями интересной политологической манипуляции, затеянной Трампом и его советниками.

Они своими разноплановыми вбросами по поводу ближневосточного конфликта изрядно утомили примерно всех, так что люди стали махать рукой: да там творится какая-то ерунда! Ничего не понятно, разобраться в этом всем невозможно.

Но на самом деле, за стратегией Трампа видна попытка скрыть провал США, когда стало понятно: Вашингтон не может одолеть Тегеран. Президент США был бы рад выйти из конфликта, но… не получается. Нужно снизить внимание общества к проблеме.

В результате приходится применять управляемую дезориентацию медиапространства:

Событие → запуск множества противоречивых интерпретаций → насыщение поля ложными ожиданиями и взаимоисключающими версиями → рост инфошума и разрушение связной картины → ощущение, что разобраться невозможно → когнитивная усталость и фрустрация → утрата общественного внимания, апатия → отсутствие внятной реакции

И надо сказать, что какой-то мере манипулятивный инструмент сработал. Однако это не отменяет множество проблем, который создал Трамп сам себе и всему миру.

1. Проливы — узкое горлышко мировых нефтяных и вообще товарных потоков. Инвесторы будут делать ставку на трубопроводы, а это — большие инвестиции и проекты на много лет вперёд. До этого мир будет трясти нестабильность.
2. Обходные маршруты сейчас слишком малы, чтобы “спасти рынок”. Через Ормуз проходило около 20 млн барр./сутки нефти и нефтепродуктов, а реально доступная обходная мощность трубопроводов на текущий момент оценивается лишь примерно в 3,5–5,5 млн барр./сутки. А выброс стратрезервов может лишь временно смягчить ценовой шок и поддержать поставки, но и то с ограниченной пропускной способностью.
3. Ближайший урожай в мире — под вопросом. Удобрения застряли в Персидском заливе. Значит, есть большой риск социальной нестабильности в десятках стран мира, а это — потенциально новые военные конфликты.
4. Мир переходит от модели меркантилизма (продаю, что выгодно), к модели сбережения — скупаю ресурсы, а свои экспортные товары придерживаю.
5. Глобальная торговля перестаёт существовать в прежнем виде. Нужны редкоземельные металлы, чипы? Их большинство прежних покупателей не увидят. Даже по любой цене. Подпитывать конкурентов никто теперь не захочет.
6. Долларовая система расчётов постепенно отбрасывается как анахронизм. Раньше в американской валюте расплачивались в расчёте на некие политические «плюшки» и гарантии безопасности от США. Теперь это под большим вопросом. Каждая страна за себя, а ценность долгосрочных партнёров за пределами Запада вырастает невероятно высоко.
7. Валюты развивающихся регионов ослабли к доллару, а доходности их внешних облигаций выросли: это означает более дорогой импорт одновременно с подорожанием внешнего финансирования. Глобальные инвесторы в период турбулентности уходят в «тихие гавани» и распродают активы развивающихся стран.

Решить все эти проблемы быстро невозможно. Кроме того, существует риск их усугубления, если США и Иран решат пойти по пути эскалации.