Добавь сайт в закладки нажми CTRL+D
Военачальники с таким послужным списком становятся легендарными, в крайнем случае, очень известными и популярными. Но фамилия Гордова малоизвестна, он практически нигде не упоминается в публикациях о Великой Отечественной войне, а вскоре после Победы бесследно исчез, о его послевоенной судьбе ничего не знали ни однополчане, ни родственники. Лишь спустя десятилетия загадка его исчезновения была раскрыта.
Гордов участвовал в четырех войнах. Закончив Первую мировую старшим унтер-офицером, в советское время дослужился до звания генерал-полковника, это предпоследняя ступенька к маршальским погонам. Полтора десятка раз отмечен благодарностями в приказах Верховного главнокомандующего. В Великую Отечественную награжден четырьмя орденами, которые присуждались только за выдающиеся полководческие заслуги: орденом Кутузова 1-й степени и трижды орденом Суворова 1-й степени, Герой Советского Союза. Командовал разными армиями, даже некоторое время Сталинградским фронтом, после войны командующий военного округа.
Его полководческие таланты, в основном, жестко критикуют. Рокоссовский в своих мемуарах охарактеризовал стиль его командования как «матерный». Довольно примечательна и характеристика, данная Гордову Хрущевым:
«Сам очень щупленький человек, но бьет своих офицеров. Однако военное дело он понимает».
После окончания войны в июле сорок пятого, Гордова назначают командующим Приволжским военным округом, из которого он уходил на войну с должности начальника штаба. Получается, что за все военные заслуги он, фактически, не получил повышения. Гордов считал себя несправедливо обделенным и не скрывал это от сослуживцев. За ним, кстати, уже наблюдали сотрудники госбезопасности. В справке, представленной Сталину министром ГБ Абакумовым, приводятся некоторые высказывания опального генерала:
«Эх! Сейчас всё построено на взятках, подхалимстве. А меня обставили в два счёта, потому что я подхалимажем не занимался». Кроме этого Гордов жаловался на то, что его «здорово обидели», говорил о своём «тяжёлом состоянии», желании уехать за границу, в Скандинавию.
За такие высказывания последовало наказание, осенью 1946-го года 50-ти летнего генерал-полковника отправили в отставку по болезни. Став простым советским пенсионером, и лишившись всех благ, Гордов не внял предупреждению, и стал еще более негативно отзываться о Сталине, критиковать власть и хвалить, уже попавшего в опалу Жукова, говоря, что при нем все было бы по другому.
Особенно резко отставной командующий высказывался в разговорах со своим начальником штаба генералом-майором Рыбальченко и заместителем, разжалованным из маршалов в генерал-майоры Куликом. Их, кстати, обоих тоже отправили в отставку в 1946-м году, но немного раньше, еще летом. Все они уже были «под колпаком», все их разговоры прослушивались и записывались. Фиксировались даже разговоры Гордова в постели с женой. Эти записи впоследствии и легли в основу обвинений.
Кода жена после отставки посоветовала Гордову обратиться лично к Сталину, прослушка зафиксировала следующее возражение генерала:
«Ну да, сказать, что хочу служить твоему делу? Для этого ты меня посылаешь? Не могу я, не могу. Значит, я должен себя кончить политически. Я не хочу выглядеть нечестным перед тобой. Значит, я должен где-то там все за ширмой делать, чтобы у тебя был кусок хлеба? Не могу, этого у меня в крови нет. Что сделал этот человек — разорил Россию, ведь России больше нет! А я никогда ничего не воровал. Я бесчестным не могу быть. Ты все время говоришь — иди к Сталину. Значит, пойти к нему и сказать: «Виноват, ошибся, я буду честно вам служить, преданно». Кому? Подлости буду честно служить, дикости?! Инквизиция сплошная, люди же просто гибнут!»
Попал в материалы дела и разговор с Куликом, записанный в номере гостиницы «Москва». Как сейчас известно, эта гостиница была просто напичкана подслушивающими устройствами. Их установили еще при строительстве и отделке. В новой современной гостинице любили останавливаться иностранцы и руководители из провинции. Более того, для популяризации гостиницы ее изображение появилось даже на этикетке престижной водки «Столичная», стоившей в полтора раза дороже обычной водки. Где же еще останавливаться бывшему маршалу. Кроме зафиксированной в материалах дела распечатки разговора, о нем можно найти упоминание и в мемуарах Хрущева:
«Гордов и Кулик, изрядно выпив в прослушиваемом номере гостиницы «Москва», анализировали, почему наша армия отступала. Потягивали и Сталина. Я помню из разговора Сталина и Берии такие слова Кулика: «Рыба начинает вонять с головы». Ясно, что рыба воняет с головы, а голова — это Сталин. Сталин, конечно, не мог терпеть людей, которые так выражались. Это стало известно по очень простой причине. За ними наблюдали и их везде преследовали подслушиванием. Когда они приехали в Москву, то их поселили в номера, которые были оборудованы техникой подслушивания. Поэтому все разговоры стали известны нашей разведке и были доложены Сталину. Это их и погубило».
Стоит упомянуть о том, что за полгода до отставки Гордов был избран депутатом Верховного Совета СССР 2-го созыва. По депутатским делам ему пришлось поездить по районам, познакомиться с жизнью простых людей и разговаривать с ними.
Это он обсудил в разговоре с Рыбальченко, состоявшимся у него на квартире в присутствии жены и певицей Гурьевой 28-го декабря 1946-го года. В нем он опять говорит о взяточничестве и подхалимстве, о голоде, начавшемся в деревне, в результате которого люди уже стали есть кошек и собак и во всем обвиняет руководство Советского Союза:
«Что меня погубило — то, что меня избрали депутатом. Вот в чем моя погибель. Я поехал по районам, и когда я все увидел, все это страшное — тут я совершенно переродился. Не мог я смотреть на это… Я сейчас говорю, у меня такие убеждения, что если сегодня снимут колхозы, завтра будет порядок, будет рынок, будет все. Дайте людям жить, они имеют право на жизнь, они завоевали себе жизнь, отстаивали ее!»
«ЦК никогда не признаёт своих ошибок, а вечно ищет стрелочников. В стране нет хлеба, а вину за это ЦК и правительство сваливает на секретарей обкомов. Правительству плевать на народ и смерть миллионов. Оно занято самообеспечением…»
Человек, заставший последний период существования Советского Союза, в принципе, не найдет в этих разговорах особой крамолы. Подобные разговоры в семидесятых – начале восьмидесятых велись практически на каждой кухне. Разумеется, и тогда за них можно было пострадать, но если они не перерастали в какие-то реальные действия, особого преступления в подобной «внутрисемейной» болтовне не видели даже органы.
В конце сороковых все было гораздо страшнее. Послевоенная чистка среди высшего комсостава Красной армии была менее масштабной, но такой же жестокой, как довоенная. Ведь генералы приобрели огромную популярность и авторитет, и в сочетании с ресурсами, которыми они обладали, становились довольно опасными. Сталин должен был продемонстрировать купающейся в лучах славы армейской верхушке, что его власть по-прежнему тверда и непоколебима. И неприкасаемых героев в стране нет.
В декабре сорок пятого арестован маршал авиации Худяков. В следующем году за ним последовали (или, в лучшем случае потеряли посты) еще множество генералов авиации.
Летом 1946-го года началось «трофейное дело» маршала Жукова. Помимо стяжательства он получил обвинение в «бонапартизме» и чрезмерном преувеличении своей роли в разгроме Германии. Сажать его, правда, не стали, но с должности главкома Сухопутных войск отправили командовать малозначащим Одесским военным округом. Почетной эту ссылку не назовешь. Затем добрались и до адмиралов, под раздачу попал даже легендарный Кузнецов.
Так что к разговорам военачальников, матерящих строй и лично товарища Сталина, отнеслись вполне серьезно. Три генерала, да еще из одного округа это уже похоже на готовый антисоветский заговор.
3-го января 1947-го года на стол Сталина ложится служебная записка Абакумова:
«Представляю при этом справку о зафиксированном оперативной техникой 31 декабря 1946 года разговоре Гордова со своей женой и справку о состоявшемся 28 декабря разговоре Гордова с Рыбальченко.
Из этих материалов видно, что Гордов и Рыбальченко являются явными врагами советской власти.
Счел необходимым еще раз просить Вашего разрешения арестовать Гордова и Рыбальченко».
Поделись видео:
