Чем грозит активность Турции в Абхазии

С начала 2026 года российско-абхазские отношения на высшем уровне можно охарактеризовать как максимально интенсивные и активные. В частности, президент Абхазии Бадра Гунба посетил с рабочими визитами Россию в январе, феврале и апреле 2026 г., а 9 мая 2026 г. Президент России Владимир Путин в ходе переговоров с ним подтвердил, что отношения Москвы с Сухумом «развиваются успешно». Российские компании вовлечены в развитие здравоохранения, логистики, сельского хозяйства, транспорта, туризма и энергетики данной кавказской республики. Кроме того, в текущем туристическом сезоне авиаперевозки между РФ и Абхазией осуществляются по 13 направлениям.

В этой связи беспрецедентный всплеск с июля 2026 г. политической и информационной активности Турции на абхазском треке, которая в предыдущие десятилетия ограничивалась лишь диаспоральной деятельностью в рамках геополитических амбиций Анкары на Южном Кавказе, выглядит как открытая попытка примерить на себя роль «истинного друга» абхазского народа, противопоставляя себя России. При этом действия турецкой стороны проявляются в весьма странных, если не сказать агрессивных, формах – от «раскачивания» национально-сепаратистских настроений и организации информационных вбросов, до неожиданных заявлений турецких парламентариев о необходимости поддержки населения Абхазии. В частности:

• 27 июля 2026 г. заместитель председателя турецкой парламентской фракции «Новый путь» Сельчук Оздаг с трибуны Великого национального собрания призвал признать абхазские паспорта в качестве действительных проездных документов на турецких границах, а также восстановить прямое морское и авиасообщение между Трабзоном и Сухумом, а 5 августа 2026 г. эту инициативу уже публично поддержали 176 депутатов от десяти других партий (примерно треть состава парламента). При этом про официальное признание независимости Республики Абхазия речь не идёт;
• с начала июня 2026 г. в турецких научно-исследовательских кругах стали активно появляться заявления о необходимости организации обучения абхазской молодёжи в вузах Турции по госпрограмме «Türkiye Bursları» («Стипендии Турции» – покрывает расходы на учёбу, медстраховку, проезд, проживание, годовой курс турецкого языка и ежемесячную стипендию), конечной целью которой, как не сложно догадаться, является формирование в обозримой перспективе из указанной категории граждан Абхазии лояльной и протурецкой элиты;
• в июле-августе 2026 г. Анкара заявила о готовности оказать Сухуму гуманитарную помощь и транспортные коридоры в условиях энергетической нестабильности на фоне серии масштабных блэкаутов в Абхазии из-за аварии на Ингурской ГЭС, в том числе ввиду возможного саботажа, однако не предложила аналогичную помощь Тбилиси, который оказался ровно в такой же ситуации.Складывая все вышеуказанные факты вместе, можно отчётливо рассмотреть стремление Анкары резко укрепить свои позиции в Абхазии, с которой Турция исторически имеет сложные и далеко не бескорыстные отношения. При этом обозначенные провокационные действия приведут лишь к негативным последствиям, так как они главным образом ослабляют государственные институты Сухума и вредят абхазскому населению, ведя к новой форме зависимости от турецкой стороны в военно-политической, культурной и экономической сферах. Кроме того, указанная «поддержка» Анкары обернётся, в первую очередь, ухудшением отношений с Москвой, являющейся единственным гарантом стабильности в регионе.Поэтому вышеуказанная политика Турции, основывающаяся лишь на манипуляции идентичностью и создании зависимостей, является неприемлемой и должна быть решительно отвергнута во избежание нового витка конфликта и гуманитарной катастрофы в Закавказье.

  В завершении, в качестве примера, хотелось бы отметить, что действия Турции в Абхазии в XXI веке вызывают исторические ассоциации с событиями XIX века, о которых пишет абхазский писатель Баграт Шинкуба в своём романе «Последний из ушедших». В центре сюжета находится трагическая история исчезновения убыхского этноса, который османы, используя схожие нарративы, подняли на войну с Россией (причём на завершающем этапе Кавказской войны), пообещав поддержку и защиту. Однако в финале Османская империя, отказавшись от своих обязательств, обрекла убыхский народ на изгнание с родной земли и забвение, в том числе из-за утраты собственного языка. Данный литературно-исторический пример служит тревожным напоминанием о том, что политическая поддержка извне часто оказывается утилитарной и недолговременной.